Жорж Санд - "Леоне Леони" (1835)

Ещё одна Жорж Санд (не так чтобы мне сильно хотелось, просто в купленной мною книге два романа). И знаете, если бы мой скептицизм после «Валентины» победил, я бы не взялась за «Леоне Леони» и не получила бы возможности исправить хоть немного неудачное впечатление от французской писательницы. На этот раз книга захватила меня практически с первых страниц, главным образом благодаря своей непредсказуемости – ни один из вероятных исходов не казался мне очевидным. Главная тема «Леоне Леони», в принципе, та же что и в предыдущем романе – сумасшедшая, страстная, «настоящая» любовь двух человек, неспособных быть счастливыми вместе. Ну и, в отличие от моего первого опыта с Жорж Санд, в этом романе намного меньше сериального мелодраматизма (хоть и довольно много пространных, в несколько страниц длиной любовных сентенций).

И всё же эта литература не для меня. Я долго думала, почему же меня так раздражает эта история (или эта писательница?), несмотря на свою увлекательность, и поняла, что мне глубоко отвратительна сама концепция «настоящей» любви, описанная автором. В её понимании, именно такая, страстная и неразборчивая любовь, не угасающая от того, что объект воздыхания оказывается кретином и уродом, является истинной. Героини Жорж Санд несут олимпийский факел этой любви сквозь всю свою жизнь, несмотря на ответную нелюбовь, неуважение и эгоизм, несмотря на непосредственные угрозы жизни и чести и все остальные преступления своих возлюбленных. В «Леоне Леони», например, в какой-то момент главная героиня, чистая голубка и кладезь добродетели, обесчещенная, потерявшая всех родных и друзей, брошенная болеть и прозябать в одиночестве (всё ради любви), вынужденная мириться с бесконечными похождениями своего суженного Леони, чуть не подвергается изнасилованию со стороны одного из его друзей, который заплатил этому самому суженному за такую возможность. И чем же в итоге заканчивается книга? Она, спасённая другим мужчиной, вновь падает в объятия к этому герою-любовнику! У меня складывается ощущение, что такую «любовь несмотря ни на что и вопреки всему» сама автор считает высочайшей жертвой и высочайшей добродетелью, которую способна проявить женщина. Мне кажется, автор восхищается своей героиней, её мужеством и стойкостью, она превозносит эту женщину на том лишь основании, что раз она способна любить весь тот кошмар, в который превратился некогда влюблённый в неё Леони, то её любовь доказала свою «настоящесть», то она на самом деле испытала любовь. Не страдала – не любила. Не отпускает – значит любит. Настоящая любовь стоит того, чтобы разрушить свою жизнь, жизнь своих родных и близких, а все те, кто от этой любви пострадал, обязательно отнесутся к этому с пониманием. Вот что я вижу между строк, вот какую мораль можно извлечь из книги.

Понятное дело, что описанная в книге любовь – это психическое заболевание и помутнение рассудка. И хотя в реальности женщины часто влюбляются в мужчин, которые ни во что их не ставят и вытирают ноги об их достоинство, я не думаю, что оправдывать и продвигать такую модель поведения, относиться к этому как к божественному предназначению любой уважающей себя девушки – лучшее, что может сделать писательница для своих (иногда юных) читателей.

Пусть даже я ошибаюсь, пусть автор и сама осуждает подобное поведение женщин и просто описывает то, что подчас встречается в жизни, просто рассказывает, в какие моральные провалы может опуститься женщина, следуя за своей любовью. Но зачем тогда изображать эту женщину безвольной марионеткой, которая никак не владеет своими чувствами и решениями? 

«Я всего лишь несчастная, которую влечет за собою рок и которая не в силах остановиться.» 

Зачем снимать ответственность с женщины за её поступки, за её жизнь? Ещё одна гениальная психологическая установка: моя жизнь разрушена, я абсолютно несчастна, ниже мне падать некуда, и я знаю, что в скором времени я снова надоем своему любовнику, но увы и ах, не в моих силах что-то изменить. Интересно, жизнь скольких девушек отравило подобное романтическое чтиво? Для скольких из них такая страсть и такая жертвенность и есть определением любви и романтики? Сколько женщин так и не решились взять свою судьбу в руки, ведь, исходя из такой литературы, все усилия всё равно тщетны? Сколько женщин ставило себя на нравственный пьедестал покорности и смирения, созданный романтически настроенной барышней 19 века, вместо того, чтобы разорвать отношения с тираном или мудаком и задушить в себе остатки привязанности к былому образу из прошлого?Короче говоря, не давайте своим детям читать такие романы. Попытайтесь предотвратить созревание в их головах разрушительных идей о «настоящей» любви. 

Жорж Санд - "Валентина" (1832)

Признаться честно, в этот раз я повелась на красивую девчачью обложечку. «Валентина» Авроры Дюпен, взявшей себе мужской псевдоним Жорж Санд и даже написавшей предисловие от мужского лица, – самая настоящая мелодрама. Всё действие происходит внутри любовного четырёхугольника (уже тут я пожалела об опрометчивой покупке этой книги): образованный но не знатный парень Бенедикт, его тщеславная кузина, дочь местной графини Валентина и, наконец, её отверженная сестра. Все барышни влюблены в Бенедикта, сам же Бенедикт влюблён, конечно же, в единственную недоступную ему ввиду пропасти сословий Валентину. Мы наблюдаем за развитием, накалом и бурлением всех этих страстей, неминуемо приведших безрассудных влюблённых к моральной гибели.

Не могу сказать, что книга совсем не понравилась – наверное, именно таким языком и надо описывать все эти переживания так, чтобы читатель, не находящийся в состоянии безумной влюблённости, проникся чувствами героев; но по вкусу всё же не пришлась. Возможно, дело частично в том, что все эти переживания попахивали драматизмом и логичностью мыльных опер (люблю-жить без тебя не могу-пожалуй убью себя от горя-а почему же только себя убью нас обоих), а частично – в том, что ни одному из героев я не могла по-настоящему сопереживать, ни один из них не вызвал у меня искреннего сочувствия и, что важно, понимания. Более того, роман периодически вызывал у меня когнитивный диссонанс – автор сначала расхваливает честность и благородство своих героев, а затем заставляет их произносить такие слова и совершать такие поступки, которые у меня лично с благородством души не вяжутся.     

Больше всего мне не понравился Бенедикт. Сам(а?) Жорж Санд говорит о его тонкой душевной организации, о том, что он, хоть и происходит из простых крестьян, получил столичное образование и оттого стал (или почувствовал себя) на две головы выше любого представителя своего круга. Однако образование не пошло юноше на пользу – вместо того, чтобы помочь ему определиться с родом занятий или хотя бы приобрести какие-то полезные навыки, оно лишь открыло ему тщетность любой деятельности, любых профессиональных или личностных стремлений и целей. Он благородно влюбляется в почти уже замужнюю представительницу высшего света и самоотверженно предлагает ей свою дружбу, раз уж по-настоящему (в плотском смысле) любить его ей не позволяет честь и чувство долга перед женихом/мужем и матерью. Любовь Бенедикта настолько глубока и страстна, а его мучения от такой «дружбы» настолько сильны, что он решает покончить с собой (и ему это почти удаётся). В конце концов он слагает свою жизнь к ногам Валентины, смиренно принимая любые проявления её привязанности и не прося о большем (да-да, я опять про секс), поскольку это разрушило бы чистую и незапятнанную предательством душу возлюбленной.

Но всё это по версии автора. Я же вижу совершенно другую картину. Неблагодарный мальчишка, чьи дядя и тётя угрохали тучу денег на его образование, слишком ленив, неусидчив и горд для того, чтобы замарать свои ручки честным трудом на каком-либо поприще и хоть как-то отблагодарить родственников за проявленную любовь и заботу (раз уж жениться на их дочери, своей кузине, ему невмоготу, ведь она такая простушка и не обладает утончённостью настоящей леди, что конечно в диковинку, если ты выросла на ферме). Ослеплённый своей гордыней, своим тщеславным интеллектуальным превосходством над другими, он не в состоянии найти себе ни одного друга, и во всей округе не найдется ни одного мужчины, который не относился бы к Бенедикту враждебно. Вся его самоотверженность в любви зиждется на шантаже: каждый раз, когда девушка пытается прекратить порочащую её честь и совесть связь, наш герой грозится пойти и закончить начатое – совершить самоубийство. А вся его смиренность и отсутствие требований к любви для меня сводятся к одному – молодец, что не изнасиловал девушку.

Сама Аврора Дюпен

Примерно такая же картина вырисовывается для меня и со всеми остальными персонажами – одухотворённые их описания, с моей точки зрения, никак не соответствуют их действиям и словам. И вроде бы это нормально, когда хороший человек испытывает не самые хорошие чувства (ревность, злость или отчаяние), но настолько высокопарно описанные души не должны вмещать столько негатива на квадратный сантиметр. В этом контексте не могу не вспомнить недавно прочитанную Ферранте, у которой хорошая по большому счёту героиня также терзалась ревностью и завистью, и к которой, несмотря на это, всё равно испытываешь тёплые чувства, ведь она не обманывает твоих завышенных придыханием автора ожиданий.

Что хорошо в «Валентине» – в конце все получили по заслугам. Самым искренним достались и любовь, и богатство, самым лицемерным – гордое одиночество, самым страстным – гибель. Хэппи Энд.